«В ходе расследования дела Бартоша Крамека за его призыв к гражданскому неповиновению против руководства партии «Право и Справедливость» («ПиС»), прокуратура под руководством Зёбро зашла так далеко, что поручила проведение экспертного семиотического анализа. Однако во всем тексте нет ни одного упоминания о свержении правительства», – подчеркнула автор исследования.
Областная прокуратура в Люблине прекратила расследование против активиста Фундации «Открытый Диалог» из-за «отсутствия состава преступления».
Этому предшествовали семь лет безуспешных попыток найти доказательства для подтверждения все большего количества обвинений, свыше 10 000 страниц материалов дела, собранных в 52 тома, привлечение Агентства внутренней безопасности (ABW), арест и последующий ежедневный полицейский надзор, атаки в СМИ, обвинения в «отмывании денег» и связях с Россией.
Прокуроры даже пытались доказать, что ФОД отправляла в Украину некачественные бронежилеты и шлемы. Проведенный по заказу прокуроров «культурно-семиотический» анализ должен был выяснить, призывал ли активист к… государственному перевороту.
Все началось со знаменитого призыва Бартоша Крамека, председателя Совета Фундации «Открытый Диалог»: «Пусть государство остановится: отключим власть!». Призыв был опубликован в июле 2017 года, во время протестов против политизации судов партией «ПиС». В нем Крамек резко критиковал правительство и призывал к гражданскому неповиновению.
В ответ власти сначала инициировали многочисленные проверки Фундации и предприняли попытки взять её под свой контроль. А когда эти действия не принесли результата, в сентябре 2017 года было возбуждено расследование «по делу о публичном призыве к совершению преступления» – Крамек якобы в своем призыве подстрекал к государственному перевороту.
Год спустя, на основании ложных обвинений, службы «ПиС» выдворили из страны его жену Людмилу Козловскую – президента Фундации «Открытый Диалог», украинку, которая много лет жила в Польше. В СМИ политики и пропагандисты «ПиС» обвиняли супругов-активистов в отмывании денег, связях с Москвой и совершении действий, которые якобы наносили ущерб польским интересам.
В ходе расследования прокуроры пытались также обвинить руководство Фундации в «совершении действий, наносящих ущерб району Средместье в Варшаве», ведь активисты бесплатно пользовались помещением, где Фундация организовала центр поддержки для беженцев из Украины.
Крамеку пытались предъявить дополнительные обвинения в «действиях в ущерб собственной компании — Silk Road». Речь шла о том, что Крамек из средств компании финансировал Фундацию, которая помогала украинцам в Польше.
Руководство партии «Право и Справедливость» было настолько решительно настроено на преследование Крамека и ФОД, что в 2018 году милиция передала это дело Агентству внутренней безопасности (ABW). Это произошло по приказу Богдана Свенчковского — тогдашнего генерального прокурора, а с недавнего времени — преемника Юлии Пшилебской на посту председателя ее трибунала.
«Они пытались найти на меня хоть что-нибудь»
В 2021 году Крамека задержало ABW, ему предъявили обвинение в предоставлении ложных сведений в счетах компании Silk Road на сумму 5,3 млн злотых — якобы без оказания услуг. Также выдвинули обвинение в отмывании денег. Его арестовали на три недели, но в конце концов отпустили под залог в размере 300 тыс. злотых, который внесли его знакомые и родственники.
Однако даже после освобождения из-под стражи Крамек был обязан появляться в полицейском участке ежедневно. «Такую радикальную и строгую форму контроля применяют, например, к лицам, совершающим домашнее насилие, с целью наблюдения за ними и предотвращения дальнейшего насилия над семьей», — отмечает Крамек в интервью OKO.press. На судебном заседании, на котором суд отменил эту меру пресечения, прокурор открыто признал, что надзор был «личным распоряжением генерального прокурора», то есть Збигнева Зёбро.
Дело переходило от одного прокурора к другому. Кроме упомянутого Свечковского, его также возглавлял Ежи Зяркевич – любимец Зёбро, в гараже которого после поражения «доброй смены» обнаружили документы десятков дел, неудобных для «ПиС». Зяркевич блокировал эти производства.
Как только Россия начала полномасштабное вторжение в Украину, Фундация сразу же начала отправлять туда столь необходимые бронежилеты и шлемы. Фундация отправила, вероятно, больше всех среди польских организаций — около 5 тыс. бронежилетов и около тысячи шлемов.
Первую партию такого оборудования Фундация передала посольству Украины уже через 2 дня после начала вторжения. Тогда прокурор Зяркевич лично написал письмо послу Украины. Он ожидал, что дипломат подтвердит, что ФОД прислала им некачественное оборудование. «Возникли сомнения относительно параметров и защитных характеристик приобретенных бронежилетов, в частности относительно баллистического класса», — писал Зяркевич.
Посол эти «сомнения» не подтвердил.
Прокуратура также заинтересовалась «незаконным сбором средств на залог» — упомянутые 19 человек из числа родственников и знакомых (среди них Войцех Чухновский, журналист-расследователь из GW) собрали в общей сложности 300 тысяч, чтобы добиться освобождения Крамека из-под стражи.
И здесь снова неудача.
«Они пытались найти на меня хоть что-нибудь», — так комментирует это Крамек.
«Отсутствие доказательств, указывающих на конкретное преступление»
06.02.2024, то есть почти через семь лет после публикации Крамека, прокурор Марцин Колодзейчик из Окружной прокуратуры в Люблине окончательно прекратил многократно продлеваемое расследование по делу о предполагаемом публичном призыве к совершению преступления со стороны активиста.
Чтобы убедиться, что Крамек не призывал к «государственному перевороту» или «силовому свержению правительства», прокурору пришлось допросить много людей. Кроме того, он заказал специальный анализ (об этом далее).
Лишь 10.12.2024 Областная прокуратура г. Люблин объявила, что расследование против Крамека прекращено. «Доказательства, собранные после предъявления обвинений в рамках проверки линии защиты Бартоша К., подтверждают представленную им версию событий, что услуги, указанные в счетах-фактурах, которые он выставил в 2012-2015 годах, могли быть фактически выполнены», — говорится в заявлении пресс-секретаря Областной прокуратуры г. Люблин Беаты Сык-Янковской.
Пресс-секретарь также добавляет, что средства, поступившие на счет Крамека, не были получены в результате совершения преступления, а именно предоставлении ложных показаний, и что «нет доказательств, которые бы указывали на конкретное преступление».
«Партия «ПиС» пыталась уничтожить непокорных граждан»
Крамек комментирует факт прекращения расследования на платформе X так: «Это злонамеренное преследование проводилось по политическому заказу высшего руководства тогдашней власти. Пришло время, чтобы виновные в злоупотреблениях в прокуратуре и спецслужбах понесли за это полную ответственность».
В интервью OKO.press он подчеркивает, что расследование повлекло за собой огромные проблемы для его Фундации — в частности, в Бельгии были закрыты банковские счета Фундации, а часть доноров отказалась от сотрудничества. Людмила Козловская, президент ФОД, ожидает завершения «многочисленных налоговых проверок, которые были инициированы в отношении нашей Фундации в 2017 году по поручению Мариуша Каминского и Витольда Ващиковского».
«Так партия «ПиС», как и любой режим, не терпящий критики, пыталась уничтожить непокорных граждан», — именно так комментирует расследование по делу Марчин Мычельский, вице-президент и исполнительный директор ФОД.
Вместо дубинки — искренняя похвала
В поисках доказательств вины в публичном призыве к совершению преступления — свержению правительства, прокурор Колодзейчик в январе 2021 года, то есть через 3,5 года после знаменитого обращения Крамека, заказал культурно-семиотический анализ текста активиста. Вместо этого он получил нечто совершенно противоположное — высокую оценку призыва Крамека. С научным обоснованием.
Семиотический анализ объемом 15 страниц был подготовлен доктором наук Малгожатой Лисовской-Магдзяж из Института журналистики, медиа и социальной коммуникации Ягеллонского университета.
Исследовательница проанализировала текст Крамека с помощью «инструментов критического анализа дискурса». Итак, сначала представлены академические размышления о том, что такое публичный дискурс, о «нормах коммуникативного поведения» и о том, чем отличается дискуссия журналистов и ученых от бытовых разговоров обычных людей.
Текст Крамека проанализирован с учетом «общих ожиданий относительно законности, конструктивности и дружественного характера дискурса, размещенного в общем инфопространстве, а также с учетом норм интернет-коммуникации, в частности в соцсетях, сформированных практикой участия пользователей в медиапространстве», — говорится в сообщении.
После академического вступления исследовательница переходит к сути. Она отмечает, что обращение Крамека «отличается низкой риторичностью и спокойствием», «эмоциональной сдержанностью» и что оно соответствует «нормам политической и гражданской коммуникации в социальных сетях». Автор не скрывается, поэтому «выражает готовность нести возможные последствия».
Она неоднократно подчеркивает, что Крамек «не нарушает никаких норм или табу», а его оценки «часто встречаются в СМИ». Текст активиста — «репрезентация современного дискурса» и «мнения гражданского общества», «современной политики (…), реализуемой мирным путем в рамках демократического государства», а его размещение в сети «способствует укреплению гражданских и демократических ценностей», — одобрительно отмечает исследовательница из Ягеллонского университета.
После около десятка страниц таких рассуждений появляется ключевое утверждение: «Ни в одном месте текста автор не предлагает свержение правительства».
Доктор наук Лисовская-Магдзяж также подчеркивает, что Крамек призывает к мирным действиям, без насилия и применения силы — о чем прокурор и сам без труда мог узнать из текста обращения, которое уже много лет без изменений висит на Facebook.
Однако он этого не сделал.
Сколько этот анализ и 7-летнее расследование, насчитывающее более 10 тысяч страниц материалов, стоили польским налогоплательщикам? Об этом мы спросим Областную прокуратуру г. Люблин.
Девять выигранных исков против политиков и пропагандистов «Права и Справедливости»
Фундация «Открытый Диалог» стала инициатором обращения более 30 НПО и более 40 лидеров общественного мнения с требованием провести аудит политически мотивированных уголовных производств.
Комиссия прокуроров работает над этим уже четыре месяца, ведь дел, подобных делу Крамека, значительно больше. На данный момент комиссия объявила о проверке нескольких сотен дел. На первом этапе речь идет о 200 делах по всей стране.
Бартош Крамек надеется, что прокуратура пойдет дальше и прекратит другие политически мотивированные производства. В частности, он называет имена предпринимателей, против которых открыты такие дела (Пётр Осецкий, Пшемыслав Крых, Лешек Чарнецкий, Томаш Мисяк, Рафал Маркевич, Мацей Боднар и Михал Любинский).
«Мы ждем результатов аудита, проведенного Национальной прокуратурой, и обнародования полной информации о деятельности таких прокуроров, как Ежи Зяркевич, Артур Малуда, Якуб Ромельчик и их подчиненных», — подытожил Крамек.
Супруги, которые руководят ФОД, подали 20 судебных исков против политиков и пропагандистов «ПиС», которые оклеветали их в СМИ. На данный момент активисты выиграли девять дел о нарушении личных прав, большинство решений не являются окончательными. Среди тех, кто проиграл судебные процессы, были, в частности, Йоахим Брудзинский, Патрик Яки, Доминик Тарчинский, Мацей Вонсик и Томаш Сакевич.
Источник: oko.press
Читать также:
Другие СМИ:
