14.03.2012, Берлин — Условия, выдвинутые юристу профсоюзной организации, освобожденной из тюрьмы казахскими властями 7 марта 2012 г., не позволяют ей возобновить свою деятельность и нарушают ее основные права, — заявляет Human Rights Watch.
Освобождение Натальи Соколовой стало положительным событием, но многие другие деятели остаются в заключении, им предъявляются подобные обвинения по уголовным делам, — заявляет Human Rights Watch. Обвинения, предъявленные Соколовой и другим активистам, обоснованы законодательством, нацеленным на ограничение деятельности, которую государство должно уважать и защищать в соответствии с правом по защите прав человека, — заявляет Human Rights Watch.
Суд признал ее виновной в «разжигании социальной розни» и в «активном участии в незаконных собраниях» после того, как она высказалась по поводу неравенства зарплат и защищала права нефтяников на предприятиях западного Казахстана. Преследование Соколовой за то, что она занялась вопросами членов профсоюза, является незаконным вмешательством в право на свободу выражения мнения, — заявляет Human Rights Watch. «Сокращение срока лишения свободы Соколовой — это положительный шаг, но это не изменяет факт, что прежде всего она вообще не должна была подвергаться преследованиям за профсоюзную деятельность, и что ей не разрешено возобновить свою работу в профсоюзе», — заявила Михра Риттманн, исследователь Human Rights Watch по Центральной Азии. «Приговор по ее делу создал очень опасный прецедент в отношении свободы выражения мнения и свободы объединения в Казахстане.»
Верховный суд Казахстана смягчил 6-летний срок лишения свободы для Натальи Соколовой, сократив его до 3 лет условного заключения, что позволило ей выйти на свободу. Соколова была освобождена 7 марта, но ей запрещено вести «гражданскую» деятельность и занимать должности в общественных объединениях, таких как профсоюзы — в течение трех лет. На нее наложены также и другие ограничения, например обязательство регулярно отмечаться в полиции.
Соколовой был вынесен приговор 8 августа 2011 г. Городским судом г. Актау. Ее первоначальный приговор содержал также упоминание о запрете участия в «гражданской» работе в течение трех лет после истечения срока приговора. Обвинение было поддержано в апелляционном суде 26 сентября. 20 февраля Верховный Суд отказал в пересмотре ее дела. Но спустя день произошел необычайный прецедент — Генпрокурор опротестовал срок тюремного заключения для Соколовой, что привело к решению Верховного Суда от 6 марта.
16 декабря, несколько месяцев после осуждения Соколовой, вспыхнули насильственные столкновения между гражданами, в том числе нефтяниками, проводящими мирную забастовку, и полицией в Жанаозене, городе на западе Казахстана. В течение следующих месяцев власти Жанаозена и Алматы арестовали оппозиционных деятелей и нефтяников по обвинению в «разжигании социальной розни», за что предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок до 12 лет.
Девяти лицам были предъявлены обвинения, в том числе нескольким нефтяникам: Наталье Ажигалиевой, которой приписывалась ведущая роль во время забастовки; Акжанату Аминову, который в августе был приговорен к двум года тюремного заключения условно за руководство «незаконной» забастовкой путем выдачи приказов работникам по телефону; Жанару Сактаганову и Естаю Карашаеву, на которых в октябре в Жанаозене было совершено нападение неизвестными людьми; Айману Унгарбаеву, еще одному активному нефтянику, и Аскару Искандерову.
Оппозиционные деятели были задержаны по обвинению в совершении таких же преступлений. В различное время после того, как началась забастовка, все они отправились в Жанаозен из различных городов Казахстана и публично выступали в поддержку бастующих нефтяников. Среди них был Владимир Козлов, лидер незарегистрированной оппозиционной партии «Алга!»; Айжангуль Амирова, член «Алги», которая часто приезжала в Жанаозен в целях поддержки работников нефтяных предприятий и привлечения внимания к их требованиям; и Серик Сапаргали. Болату Атабаеву, члену оппозиционного движения «Народный фронт» и лидеру молодежной оппозиционной группы Жанболату Мамаю были предъявлены такие же обвинения, но они не были задержаны.
Комитет национальной безопасности Казахстана (КНБ), который ведет расследование, принудил юристов, представляющих интересы нефтяных работников и активистов подписать подписку о неразглашении. Заявления не позволяют им поделиться какой-либо информацией, которая является «тайной следствия», что одним из активистов Human Rights Watch было названо «всем, что касается следствия».
С начала уголовного расследования по делу девяти нефтяников, деятелей и двух других людей, власти не раскрыли какие-либо доказательства в виде высказываний или действий обвиняемых, которые бы подтверждали, что они призывали кого-либо к насилию.
В документе от 25 января, выпущенном КНБ и содержащем уголовные обвинения против Козлова, власти обвинили его в том, что «в группе с Амировой и другими» он «совершил умышленные действия, направленные на возбуждение социальной розни, путем распространения литературы и иных носителей информации, пропагандирующих социальную рознь, повлекшие тяжкие последствия»…25 января Генпрокурор заявил, что власти считают, что «одной из причин массовых беспорядков 16 декабря были активные усилия некоторых личностей, которые убеждали работников продолжать бастовать и оказать насильственное сопротивление властям.» Козлов, Амирова и Сапаргали были названы одними из тех, кто разжигал социальную рознь.
13 марта Атабаев заявил на конференции в Алматы, что, когда он получил последнюю повестку в КНБ, ему показали результаты лингвистической экспертизы высказываний, которые он якобы сделал в Жанаозене. Атабаев сказал, что экспертиза не обнаружила доказательств «разжигания социальной розни» ни в его словах, ни в словах Мамая, но вместо этого они нашли доказательства того, что в своей речи он пытался свергнуть конституционный порядок. Пока что никакие обвинения в связи с попыткой свержения конституционного порядка не были предъявлены ни Атабаеву, ни Мамаю.
Власти не обнародовали содержание литературы, в распространении которой обвиняются активисты, они также не предоставили Human Rights Watch какую-либо официальную информацию по поводу оснований для обвинения других заключенных.
Обвинение в «разжигании социальной розни» по ст. 164 Уголовного кодекса Казахстана настолько расплывчато и пространно, что оно используется для того, чтобы объявить незаконным законное поведение, защищаемое законодательством по защите прав человека — свободы мнения, свободы выражения и объединения, -заявляет Human Rights Watch.
Этот закон нарушает также принцип законности, по международному законодательству по правам человека, по которому требуется, чтобы преступления классифицировались и описывались четко и однозначно, таким образом, чтобы каждый осознавал свои действия, за которые он понесет ответственность, и действовал в соответствии с законодательством.
Законодательство, по которому выносятся обвинения в разжигании насилия, дискриминации и враждебности, должно также учитывать основные права на свободу слова и должно соответствовать праву в области прав человека, и только когда такое насилие, дискриминация или враждебность представляют угрозу, необходимо предпринимать меры по ограничению такого поведения.
Human Rights Watch считает, что статья 164 Уголовного кодекса Казахстана не соответствует принципу законности, и она должна быть пересмотрена или изменена в соответствии с международным законодательством по правам человека.
«Учитывая секретность вокруг расследования и злоупотребление уголовными обвинениями в отношении Натальи Соколовой в прошлом году, Human Rights Watch обеспокоена тем, что власти пытаются подавить критиков правительства с помощью расплывчатых и слишком пространных статей уголовного законодательства,» — считает Риттманн. «Власти должны прекратить ссылаться на закон, а правительство должно пересмотреть или изменить его, чтобы прекратить злоупотребления.»
Источник: HRW
