Прокуратура обвинила Бартоша Крамека, активиста и Главу Совета Фундации, в «отмывании денег, полученных в результате преступления, связанного с предоставлением ложных сведений». При этом не было подробно описано содержание ложного заявления, какие именно счета были выставлены, и почему прозрачная и публично известная поддержка компанией Фундации является отмыванием денег. Отсутствие доказательств, однако, не помешало прокуратуре выдвинуть обвинения против Бартека (которые предусматривают максимальное наказание в виде 8 лет лишения свободы) и сформулировать их так, как будто они представляют собой окончательное решение по делу. В приведенном ниже заявлении мы в нескольких пунктах рассматриваем все абсурдные обвинения, выдвинутые против ФОД прокуратурой, а также СМИ, контролируемыми или поддерживающими нынешнюю правящую партию. Мы также перечисляем грубые нарушения, допущенные прокуратурой при аресте и задержании Бартека, а также мотивы политического преследования ФОД.
*В связи с тем, что у нас до сих пор нет доступа к материалам дела, мы полагаемся исключительно на суммы и информацию из заявления прокурора, а также на данные правительственных пропагандистских СМИ.
1. Обвинения относительно предполагаемого отмывания денег и «агентов российского влияния»
Фирма Бартека занималась «отмыванием денег, полученных в результате предоставления ложных сведений» — ЛОЖЬ
Прокуратура выдвинула серьезные обвинения, но не объяснила природу ложного заявления, какие именно счета были выставлены, и почему прозрачная и публично известная поддержка компанией Фундации является отмыванием денег. Мы объясним, какую работу выполняла компания, принадлежащая Бартошу Крамеку, и какие связи она имеет с ФОД.
Silk Road Biuro Analiz i Informacji sp. z o.o. (SR) осуществляла аналитические и консультационные услуги. В частности, компания специализировалась на оценке рисков (включая инвестиционные, имиджевые и законодательные риски), связанных с выходом иностранных компаний частного сектора на восточные рынки (Казахстан, Украина и Молдова). Иногда компания предоставляла консультации по ведению бизнеса в Европейском союзе (в основном для украинских предпринимателей), а также по поиску подрядчиков и финансирования инвестиционных проектов, в том числе на рынках капиталов. Вторым направлением деятельности компании были услуги в области новых технологий, в первую очередь VоIP интернет-телекоммуникации и онлайн-стриминг, а также, позднее, разработка программного обеспечения и подбор персонала.
Среди прочих примеров мы описали деятельность SR в интервью Gazeta Wyborcza [1], [2] от 12.09.2017.
Компания сотрудничала с Фундацией «Открытый Диалог» (ФОД), с которой была связана лично. SR была одним из доноров ФОД. Все пожертвования в ФОД подлежат соответствующему учету и бухгалтерским процедурам (поскольку они составляют доход от уставной деятельности). В результате поддерживается полная прозрачность. Кроме того, несмотря на то, что по закону фундации не обязаны раскрывать информацию о своих донорах, Фундация «Открытый Диалог» на протяжении многих лет добровольно раскрывает полный список доноров в своих финансовых отчетах, публикуемых ежегодно и размещаемых на нашем сайте. Естественно, это относится и к доходам от SR.
Мы также никогда не скрывали, что SR оказывает финансовую поддержку уставной деятельности Фундации, целью которой является защита и продвижение верховенства права, прав человека и демократии в постсоветских государствах. Эта модель, хорошо известная среди западных НПО, помимо прочего, обеспечила нашу относительную финансовую стабильность (что позволило нам постоянно выполнять миссию Фундации) и обеспечила нашу независимость от финансирования из государственного сектора. Действия Агентства внутренней безопасности (АВБ), в частности, преследование сотрудников и подрядчиков SR посредством налоговых проверок или запросов на предоставление отчетности, привели к краху компании и подаче заявления о банкротстве.
SR выписывала «фиктивные счета» на миллионы польских злотых (что подразумевает отмывание денег) — ЛОЖЬ
Прокуратура приводит доказательства в виде «фиктивных счетов-фактур», выставленных SR, и заявляет о тревожном, многомиллионном обороте, предполагая, что эти деньги были «отмыты». Давайте разделим 5,3 миллиона польских злотых (чтобы было понятнее мы округлим цифры до целых) и объясним, на что они были потрачены.
По данным прокуратуры, с августа 2012 года по февраль 2016 года компания выставила 46 счетов на сумму 5,3 миллиона польских злотых (или 1 173 001 евро по курсу на 25.06.2021). Таким образом, обвинения относятся к периоду в три с половиной года, или 42 месяца. Хотя у нас нет доступа к бухгалтерским документам компании, которые были конфискованы Агентством внутренней безопасности, сомнительно, что прокуратура занизила общую сумму счетов. Таким образом, среднемесячный доход компании составлял примерно 126 190 польских злотых, или 27 928 евро.
В период с 2012 по 2016 год в фирме работало в общей сложности 46 человек (включая стажеров, нанятых на несколько месяцев для прохождения практики). Компания выплатила все причитающиеся ей налоги и сборы, в том числе за всех вышеупомянутых сотрудников (включая корпоративный налог, взносы на социальное и медицинское страхование и другие необходимые платежи). Кроме того, компания несла расходы на служебные поездки сотрудников, офисные помещения и принадлежности, услуги уборщиц, переводчиков, бухгалтерские и юридические услуги. На эти периодические расходы компания тратила большую часть своего дохода.
В свете этого возникает вопрос: сколько денег из национальной казны, то есть денег польских налогоплательщиков, власти потратили на разбирательства против активиста и Главы Совета ФОД и его компании, которые продолжаются с 2018 года? Министр-координатор секретных служб Мариуш Каминьский — не осужденный в суде первой инстанции за превышение полномочий и незаконную оперативную деятельность — известен тем, что тратит государственные деньги на сомнительные с юридической точки зрения операции (например, дело агента Томека). Показательно также, что компания со средним месячным оборотом в 126 190 польских злотых (или 27 928 евро) — что, примечательно, квалифицируется как микробизнес в соответствии с положениями закона о «правах предпринимателей» — превращается в растратчика гигантских масштабов.
Обвинения также относятся к периоду (особенно с 2015 по 2016 год), который был чрезвычайно трудным в финансовом отношении для ФОД и SR и в котором энергия Фундации была направлена на оказание широкого спектра помощи, — в том числе финансовой, украинскому гражданскому обществу после революции на Евромайдане. В этот период SR оказывала финансовую поддержку ФОД, в том числе за счет долга, полученного SR от Бартоша Крамека и Людмилы Козловской, который остается неоплаченным по сей день.
Доходы на счета SR поступали от «фиктивных» организаций, зарегистрированных в налоговых гаванях (подразумевается отмывание денег) — ЛОЖЬ
Коммюнике прокурора пестрит терминами, призванными вызвать негативные эмоции у аудитории, такими как «налоговые гавани», «Panama Papers», «незаконные источники дохода» и «виртуальные офисы». В действительности эти заявления содержат лишь гипотезы и домыслы. Эти обвинения также идентичны тем, которые в 2018 году пришли из Молдовы, где правил коррумпированный олигарх В. Плахотнюк, и которые в 2020 году были полностью отвергнуты и признаны «политическими» как генеральным прокурором Молдовы, так и польскими судами (как указал П. Пытлаковский из еженедельника Polityka). Мы объясним, почему эти обвинения не имеют отношения к какой-либо незаконной деятельности или просто являются ложными.
Как нет законов, запрещающих фондам финансироваться их руководством, так нет и законов, запрещающих вести бизнес с компаниями, зарегистрированными в виртуальных офисах в Великобритании (более того, такие офисы являются нормой во многих отраслях, например, в IT). Кроме того, нет законов, запрещающих вести бизнес с фирмами, зарегистрированными на Сейшельских островах, в Белизе или Панаме (довольно распространенная практика даже для крупных компаний).
То же самое можно сказать и о компаниях, перечисленных в так называемых «Panama Papers», в которых содержится информация о более чем 200 тысячах компаний со всего мира. Единственное, что их объединяет — это то, что они пользовались консультационными услугами некогда одной из крупнейших финансовых консультационных фирм — Mossack Fonseca. Учитывая количество иностранных подрядчиков (в основном в секторе новых технологий), которых компания Бартоша Крамека Silk Road имела на протяжении многих лет, нетрудно найти хотя бы одного из каждой из упомянутых стран, не говоря уже об организации, включенной в документацию (что бы это ни значило) в так называемых «Panama Papers» (см. подробнее).
Наконец, как мы отметили в нашем заявлении от 24.06.2021, прокуратура применяет логику, а точнее ее отсутствие, в стиле, характерном для риторики правящей партии «Право и Справедливость» («ПиС»). В то время как обычно налогоплательщиков обвиняют в нечестных действиях в ущерб государственной казне, в случае с компанией Бартека прокуратура ставит под сомнение доходы, с которых были правильно уплачены налоги и другие обязательные платежи. Предыдущие налоговые проверки (затянувшиеся на годы) не выявили никаких нарушений в деятельности SR. Таким образом, прокуратура защищает иностранных предпринимателей и бюджеты других стран, которым SR оказывала услуги. Еще более абсурдным является то, что эта дискуссия сосредоточена вокруг организаций, зарегистрированных в налоговых гаванях.
ФОД является «агентом российского влияния» — ЛОЖЬ
Представители правительства и поддерживающие его СМИ утверждают, что ФОД является «агентом российского влияния», от которого якобы исходила значительная часть доходов Фундации. ФОД также якобы переводила средства, полученные от SR, «обратно за границу на счета российских и украинских граждан» (об этом говорилось в основной передаче государственного телеканала Wiadomości TVP от 24.06.2021 [начиная с 23 минуты 30 секунд] и твитах пресс-секретаря координатора секретных служб Станислава Жарына). Мы объясним, почему эти утверждения заслуживают такого же доверия, как и TVP сегодня.
Все доходы ФОД скрупулезно регистрируются, и в случае каких-либо подозрений — в соответствии с Законом о противодействии терроризму и отмыванию денег — бухгалтерия Фундации в обязательном порядке сообщает об этом Генеральному инспектору финансовой информации (таких случаев, однако, до сих пор не было). Как мы уже подчеркивали, несмотря на отсутствие законодательного требования, мы раскрываем личную информацию наших доноров в финансовых отчетах, публикуемых на нашем сайте. Кроме того, в период с 2013 по 2016 год Фундация прошла многочисленные проверки как со стороны фискальных органов, так и органов национальной безопасности, которые не выявили никаких нарушений. Кроме того, ФОД, как обладатель лицензии Министерства внутренних дел на ведение предпринимательской деятельности путем торговли определенными товарами военного или полицейского назначения (в связи с необходимостью поставки бронежилетов и касок в рамках гуманитарной помощи Украине), прошла процесс проверки, проведенный, в частности, полицией, Агентством внутренней безопасности и службой военной контрразведки. Процесс проверки завершился положительно. Поэтому мы предполагаем, что вышеупомянутые учреждения исключили возможность опасных связей (например, быть иностранными агентами или представлять угрозу польскому государству, безопасности или общественному порядку), о которых говорит нарратив правящей партии.
Фундация и её деятельность остаются независимыми от своих доноров и, безусловно, не могут нести ответственность за возможные изменения их судьбы (например, «смена стороны» гражданами Украины после аннексии Крыма). Возможные случаи неправомерного влияния на нашу деятельность с их стороны в интересах иностранных государств будут немедленно доведены до сведения соответствующих органов. На самом деле, за всю историю своей деятельности Фундация неоднократно сообщала Агентству внутренней безопасности о подозрительной деятельности, осуществляемой иностранными органами на территории Польши (включая их предложения, направленные нам).
Наконец, обвинения в том, что ФОД якобы является «агентом российского влияния», становятся еще более странными, если принять во внимание тот факт, что Фундация является одной из самых эффективных проукраинских и антикремлевских организаций в Польше и Европе. Мы наиболее известны такими видами деятельности, как:
- защита политических заключенных в России [1], [2] и кампания в поддержку санкций против России [1], [2], [3], [4], [5];
- поддержка украинского гражданского общества после начала революции на Евромайдане, включая доставку гуманитарной помощи на сумму более 1 миллиона польских злотых (около 250 000 евро) [1], [2], [3];
- борьба с пророссийскими группами в Польше — такими как партия «Zmiana» [1], [2] или спонсорами антиукраинского сайта Kresy.pl [1], [2];
- управление центром поддержки украинских беженцев и иммигрантов в 2014-2016 годах под названием «Ukraiński Świat», который предоставлял услуги более 30 000 украинцев в Польше;
- эффективная защита многочисленных представителей российской оппозиции, активистов гражданского общества и независимых журналистов от политически мотивированной экстрадиции в период с 2013 по 2016 год (например, соратников российского бизнесмена и филантропа Михаила Ходорковского, Николая Коблякова, Виталия Бунтова, Нафиса и Рафиса Кашаповых);
- кампания, целью которой было остановить поставку военных кораблей «Мистраль» из Франции в Россию в 2014 году;
- инициирование так называемого «списка Савченко» — основы для персональных санкций против российских чиновников, который получил поддержку российской оппозиции, 57 евродепутатов, лидеров четырех стран ЕС: Великобритании, Польши, Румынии и Швеции, а также Украины;
- реализация программы, финансируемой USAID, которая привела к принятию закона о люстрации коррумпированных чиновников времен Януковича, имеющих связи с Россией. Этот закон подвергся резкой критике со стороны министра иностранных дел России Сергея Лаврова;
- кампания #LetMyPeopleGo, которую координировала ФОД, по освобождению украинских заложников Кремля, с заметными успехами, включая освобождение 35 политических заключенных, в том числе Олега Сенцова в 2019 году и освобождение Надежды Савченко в 2016 году;
- успешная вирусная кампания против российского государственного чиновника, намеревавшегося стать новым главой Интерпола в конце 2018 года;
- выступление за исключение российской делегации из Парламентской ассамблеи Совета Европы после агрессии России против Украины в 2014 году и протест против отмены этих санкций в последующие годы [1], [2], [3], [4];
- проведение кампании на европейской и международной арене в ответ на агрессию России в поддержку введения экономических санкций против страны и ее стратегических активов, а также персональных ограничений в отношении ключевых российских чиновников за нарушение суверенитета Украины, международного права и прав человека.
Мы также хотим отметить, что эти обвинения не новы. Правая пресса, а также правительственный рупор TVP повторяют их как мантру с 2017 года, несмотря на отсутствие доказательств. Мы неоднократно опровергали эти обвинения в наших заявлениях [1], [2], [3], [4], [5]. Более того, в сентябре 2019 года окружной суд в Варшаве подтвердил многочисленные нарушения личных прав ФОД со стороны Telewizja Polska S.A. в отношении тех же обвинений. По мнению суда, они были основаны, среди прочего, на «манипуляциях» или «неуточненных утверждениях». Суд также указал на «неточности», «оценки фактов, не имеющих ничего общего с реальностью» и «совершенно одностороннее освещение» со стороны TVP.
2. Вопиющие нарушения при аресте и содержании Бартека под стражей
Ряд действий прокуратуры по делу об аресте и задержании Бартоша Крамека нарушает основные принципы правового государства и связанные с ними процедуры. В беседе с журналистом OKO.press [независимое СМИ, цель которого — защита верховенства права в Польше] уважаемый прокурор подверг резкой критике действия правоохранительных органов в деле об аресте и задержании Главы Совета ФОД, назвав их «фарсом», «странными» и «показушными», устроенными «на политический заказ». Мы решительно возражаем против действий прокуратуры, которые включают, но не ограничиваются:
- Применением несоразмерных мер принуждения (чрезмерной силы) в отношении Бартоша Крамека при полном отсутствии оснований для задержания. Бартош был арестован в Варшаве и перевезен в Люблин (это произошло на следующий день после получения им второй дозы вакцины COVID-19 и несмотря на его жалобы на слабость и головную боль). Ссылаясь на предполагаемый риск воспрепятствования следствию, обвинение также ходатайствовало о примении к Бартеку самой суровой меры пресечения — 3 месяца предварительного заключения. В действительности, не существует ни предпосылок, ни риска воспрепятствовать расследованию или скрыться, которые могли бы послужить основанием для ареста Главы Совета ФОД. В десятках других дел, возбужденных против Бартоша Крамека и ФОД государственными органами, Бартек никогда не уклонялся от допросов, слушаний и т.д. Более того, с момента инкриминируемых ему деяний прошло более 5 лет, а прокурорские разбирательства по этому делу продолжаются с 2018 года. За это время Бартош не предпринял ни одной попытки незаконно повлиять на судебное разбирательство.
- Препятствованием доступу защитника к информации и встрече с задержанным (встреча состоялась только вечером 23 июня несмотря на то, что Бартош был задержан в 11:00 утра).
- Препятствованием доступу к материалам дела. У защитника было всего полтора часа на ознакомление с 40 томами материалов дела до начала слушания по делу об избрании меры пресечения.
- Причудливым способом рассмотрения ходатайства об аресте. Первое слушание было назначено на полчаса несмотря на то, что прокуратура хвастается тем, что собрала 40 томов материалов дела. По словам одного уважаемого в этой области прокурора: «даже если кого-то поймали с поличным на краже в магазине — очень простое дело — у суда должно быть время, чтобы ознакомиться с материалами дела». В итоге заседание было отложено на 1,5 часа, чтобы дать возможность защитнику Бартоша прибыть в Люблин. Однако неизвестно, ознакомился ли суд с материалами дела до начала заседания, поскольку в это время материалы читал один из защитников Бартека. Между тем, когда суд начинает слушания, он должен иметь полное представление о том, какие доказательства собраны и оправдывают ли они применение самой строгой меры пресечения.
- Формулировками и фразами, используемыми в заявлениях лиц, представляющих правоохранительные органы, которые подразумевают установление вины [1], [2], несмотря на то, что, согласно основополагающим принципам уголовного права, вопрос о виновности или невиновности субъекта может быть решен только судом. Это нарушает элементарный принцип правового государства, которым является презумпция невиновности.
- Утечкой от прокурора информации из материалов дела в проправительственные СМИ (а также в Агентстве внутренней безопасности, в которой пресс-секретарь Жарин был очень активен, среди прочих официальных лиц).
Совпадение сроков ареста Главы Совета Фундации и вступления в силу поправок к Уголовному кодексу, Уголовно-процессуальному кодексу, Кодексу о правонарушениях и некоторым другим законам также вызывает у нас крайнюю озабоченность. Бартек был задержан на следующий день после того, как прокуроры получили широкие полномочия и право фактически принимать решение об аресте подозреваемых. Особую тревогу вызывают изменения в правилах, касающихся залога. Напомним, что в деле Бартоша был назначен денежный залог в размере 300 тысяч польских злотых (около 66 200 евро), что превышает финансовые возможности Бартоша Крамека и Людмилы Козловской, после того как их компания была фактически уничтожена в результате кампании государственных органов, контролируемых «ПиС».
Новые положения еще не были описаны в комментариях к закону и не были разъяснены в судебной практике. Однако, исходя из имеющегося опыта, можно сделать вывод, что прокуратура будет злоупотреблять этими положениями для того, чтобы отказывать в принятии денежного залога без согласия государственного прокурора, который может поставить под сомнение источник средств для залога на основании собственного суждения. В то же время в правилах не указано, как долго прокуратура должна проверять источник средств, что означает, что она может затягивать дело по своему усмотрению и держать подозреваемого под стражей, даже если он внес залог. Поправка также вводит запрет на финансирование залога за счет публичных сборов средств, угрожая арестом и/или штрафом, а также конфискацией денег, для лиц, организующих такие сборы. Совпадение времени ареста Бартоша Крамека и вступления в силу этих поправок также является интересным фактом, учитывая, что он известен как один из организаторов общественных сборов средств, в том числе сбора более полумиллиона польских злотых (около 110 400 евро) для рекламных щитов, высмеивающих и разоблачающих злоупотребления власть имущих (см., например, репортаж в Rzeczpospolita).
3. Политическая месть
После решительных выступлений против нарушений Конституции и верховенства права в Польше мы подверглись беспрецедентным нападкам со стороны польского правительства и более широких правых групп с 2017 года (см., например, [1], [2], [3], [4], [5], [6], [7], [8]). Мы считаем задержание и арест Главы Совета ФОД очередным в серии политически мотивированных нападок на ФОД и местью за наши действия в защиту верховенства права и иски, поданные против политиков «ПиС» и поддерживающих их СМИ/журналистов.
В 2019 году ФОД подала до 20 исков против политиков «ПиС» и поддерживающих их пропагандистских СМИ и их представителей за нарушение личных прав. До сих пор во всех случаях, когда истцы (ФОД, SR, Бартош Крамек и Людмила Козловская) подавали ходатайства об обеспечении исков — в том числе к Telewizja Polska S.A. и Польскому радио — гражданские суды в ходе предварительного слушания исков постановили, что истцы были правы в своих обвинениях, учитывая, что обвинения, выдвинутые этими СМИ, были недоказанными, а значит, недостоверными. Рассмотрение остальных дел теперь будет приостановлено из-за ареста Главы Совета ФОД. Арест Бартека совпал по времени с днем, на который были назначены два слушания по делу ФОД против Томаша Сакевича (главного редактора Gazeta Polska) и Войцеха Бедрона (публициста wPolityce.pl).
С апреля 2021 года ФОД ведет ненавистную для «ПиС» страницу в Facebook «SokzBuraka», которая стала одним из других видов деятельности, поставивших нас под прицел правительства. С начала этого года в рамках проекта «Зал позора» мы собираем доказательства нарушений закона, совершенных чиновниками «ПиС», чтобы помочь — после изменения политической ситуации и деполитизации правоохранительных органов — привлечь к ответственности тех, кто в настоящее время пользуется защитой власть имущих. В последние месяцы в рамках проекта мы публиковали в социальных сетях лица самых важных чиновников правящей партии с глазами, закрытыми черной полосой, как у подсудимых/осужденных, присваивая юридическую классификацию деяниям, в которых они обвиняются (например, [1], [2], [3], [4], [5]). Мы не откажемся от работы в этих областях, а также от других проектов (таких как апелляция против жестокости полиции по отношению к протестующим, которая будет представлена на слушаниях перед депутатами Европарламента в середине июля).
Политический аспект преследования Бартоша и ФОД был также отмечен наблюдателями польской политики, польскими и иностранными активистами и НПО, экспертами в области верховенства права и иностранными политиками, в том числе проф. Лораном Пехом, проф. Войцехом Садурским, лидером Всепольской женской забастовки (Ogólnopolski Strajk Kobiet, OSK) Мартой Лемпарт, Obywatele RP, иностранными НПО и правозащитниками, такими как Правозащитный центр ZMINA, Итальянская федерация по правам человека (FIDU), Правозащитный Фонд Qaharman, Veritas, Femina Virtute, Правозащитное движение «405», бывшими казахстанскими политзаключенными и активистами [1], [2], [3], [4], [5], [6], а также действующими и бывшими депутатами Европарламента от Испании, Германии и Польши — Изабель Сантос, Франком Швабе, Гельмутом Шольцем, Михалом Бони и Розой Тун (более подробная реакция на задержание Бартека будет опубликована в последующих коммюнике ФОД).
***
Мы также ссылаемся на заявления Фундации, сделанные на сегодняшний день, которые отвечают на многие утверждения прокуратуры:
- Польское гражданское общество под ударом: Глава Совета ФОД задержан по сфабрикованных обвинениях;
- Позиция Фундации «Открытый Диалог» касательно анонимного исследования под названием «8 вещей, которые вы должны знать о Фундации «Открытый Диалог»» от 29.03.2016;
- Заявление Фундации «Открытый Диало» от 31.07. 2017 (финансирование и доноры, или несколько слов о «соросах»);
- Заявление и исправление статей Игоря Т. Мечика (Gazeta Wyborcza, 07.08.2017);
- Заявление Президента Фундации «Открытый Диалог» Людмилы Козловской от 17.08.2017 (это заявление относится непосредственно к докладу и к вопросам, связанным с семьей Людмилы Козловской);
- Информация относительно результатов налоговой проверки и следствия ABБ (26.11.2018);
- Заявление о предполагаемом расследовании СБУ в отношении Людмилы Козловской (обновлено 26.11.2018);
- Заявление по поводу клеветнической статьи в газете «Sunday Times» о Фундации «Открытый Диалог» (29.05. 2019);
- Комментарий к заседаниям комитетов Сейма от 25.04.2019 и нападкам парламентариев «ПиС» на Фундацию «Открытый Диалог» (17.06.2019);
а также самые важные сводки:
- Деятельность для Украины и не только. Избранные инициативы и проекты Фундации «Открытый Диалог» 2016-17 гг.;
- Новогодние поздравления и самые важные достижения Фундации в 2016 году;
- Главные достижения Фундации с 2010 по 2019 год;
- Справочная информация о международной деятельности Фундации «Открытый Диалог» по защите прав человека в 2013 – 2015 гг., координируемой бюро Фундации в Брюсселе;
- Подведение итогов гуманитарной помощи, оказанной Фундацией «Открытый Диалог» в 2015 году;
- Ежегодное резюме деятельности Фундации «Открытый Диалог» по Украине;
в дополнение к содержательным резюме за конкретные годы.
За любой дополнительной информацией, пожалуйста, обращайтесь:
Мартин Мычельский — [email protected]
Катажина Щипска — [email protected]
